Я всё чаще задумываюсь о том, как стремительно меняются правила игры в мире профессий. Ещё вчера казалось, что диплом в области компьютерных наук — это железный пропуск в стабильное и обеспеченное завтра. Родители настойчиво советовали детям «идти в IT», а университеты едва справлялись с наплывом абитуриентов. Статистика подтверждала этот тренд: за неполные два десятилетия, с 2005 по 2023 год, количество специалистов по компьютерным наукам в одних только Соединенных Штатах увеличилось в четыре раза. Но сегодня, наблюдая за происходящим, я вижу, что этот, казалось бы, непоколебимый тренд дал трещину.
Цифры, которые приходят из ведущих учебных заведений, заставляют серьёзно переосмыслить реальность. После долгих лет безудержного роста набор на профильные программы по стране вырос лишь на символические 0,2 процента, а во многих вузах и вовсе началось падение. Взять, к примеру, Стэнфорд, признанную кузницу IT-кадров, где число желающих специализироваться на компьютерных науках пошло на спад. В Принстоне заведующий кафедрой прогнозирует, что при сохранении нынешних тенденций через пару лет выпускников станет на четверть меньше. Не отстаёт и Университет Дьюка, зафиксировавший отток примерно в 20% слушателей на вступительных курсах. Глядя на эти данные, я понимаю, что мы присутствуем при историческом развороте.
Причина такого охлаждения к некогда престижной профессии, на мой взгляд, лежит на поверхности. Молодые люди сегодня гораздо лучше информированы о том, что ждёт их после получения диплома, и эти перспективы их не вдохновляют. Технологическая индустрия, ещё недавно безудержно раздувавшая штаты, теперь переживает волну за волной увольнений и заморозку найма. И главная ирония заключается в том, что виновником этой нестабильности стал продукт труда самих же программистов. Искусственный интеллект, который задумывался как помощник, неожиданно проявил себя как весьма эффективный конкурент. Он оказался гораздо более умелым в написании кода, чем в создании литературных текстов, а это значит, что он идеально подходит для автоматизации задач, которыми занимались его создатели. Данные исследований лишь подтверждают эти страхи: опросы показывают, что люди считают инженеров-программистов одной из главных жертв наступления генеративного ИИ. И молодёжь, трезво оценивая риски, не спешит проверять эту гипотезу на себе.
Крушение иллюзий о «профессии будущего»
Меня поражает, как быстро произошла смена декораций. Ещё недавно специалисты, изучающие влияние технологий на экономику, называли эту сферу безальтернативным будущим. Лозунг «учитесь программировать» звучал из каждого утюга, подразумевая, что это единственный способ оставаться востребованным. Теперь же, глядя на динамику поступающих, я всё больше убеждаюсь, что мы миновали пик популярности технических специальностей. И за этим сухим фактом стоят реальные человеческие истории, полные разочарования и тревоги.
Особенно остро это ощущается, когда слушаешь тех, кто посвятил обучению годы. Мне вспоминается история одного аспиранта из Университета Теннесси, который потратил на поиски работы восемь месяцев, имея за плечами тройную специализацию и докторскую степень. Он признаётся, что предпочёл бы работать, но столкнулся с глухой стеной. Ему известны лишь единичные случаи успешного трудоустройства, причём один из счастливчиков разослал четыре десятка персонализированных писем и прошёл множество собеседований, а другой — отправил шесть сотен заявок. Ситуация доходит до абсурда: будучи специалистом в той самой области ИИ, которая и вызывает революцию, он не может найти себе применения и всерьёз подумывает о карьере электрика. Это крик души, который, я уверена, разделяют многие его сверстники.
Этот случай не единичен. Статистика по занятости среди молодых специалистов в возрасте от 22 до 27 лет рисует довольно мрачную картину. В то время как в других отраслях для этой возрастной группы наблюдается небольшой рост, в сфере компьютерных наук и вычислений занятость упала на целых 8%. Ещё недавно выпускники престижных программ могли позволить себе выбирать из предложений от гигантов вроде Google и Amazon. Сегодня, по словам преподавателей, им приходится прилагать титанические усилия, чтобы просто получить приглашение на собеседование. Отец того самого аспиранта, сам руководитель крупного вычислительного центра, вынужден констатировать: отрасль уже не та, что прежде, и его сын с дипломом магистра по машинному обучению — живое тому подтверждение.
Искусственный интеллект отбирает работу у своих создателей
Парадокс заключается в том, что такие кандидаты не могут получить работу, связанную с ИИ, именно потому, что сам ИИ её у них отбирает. Как объясняют эксперты, искусственный интеллект позволяет работать гораздо эффективнее, и компании приходят к логичному выводу, что они могут обойтись меньшим количеством персонала. Я вижу в этом не просто рыночный цикл, а фундаментальный сдвиг. Лучшим доказательством того, что технологии замещают людей, служит тот факт, что именно отрасль, наиболее глубоко интегрировавшая ИИ, демонстрирует аномально высокий уровень безработицы среди новичков.
Руководители технологических корпораций больше не скрывают, что потребность в начинающих специалистах резко сократилась. Лидеры таких гигантов, как Alphabet и Microsoft, открыто заявляют, что искусственный интеллект пишет или помогает писать более четверти их программного кода. И это не просто слова: одна из этих компаний недавно сократила шесть тысяч сотрудников. В другой компании, занимающейся разработкой ИИ, топ-менеджеры признаются, что старшие инженеры всё чаще делегируют задачи чат-боту, а не младшему коллеге-человеку. Более того, её генеральный директор предупреждает, что в ближайшие пять лет ИИ может заменить половину всех позиций начального уровня. Эти признания наводят на тревожную мысль: компании могут просто ликвидировать нижнюю ступень карьерной лестницы, и бедственное положение сегодняшних выпускников — это лишь первый звонок для всего рынка труда.
Поиск новых ориентиров в мире неопределённости
Однако, пытаясь разобраться в ситуации, я сталкиваюсь и с другими точками зрения. Не все эксперты склонны драматизировать и списывать всё на злой рок в лице искусственного интеллекта. Технологическая отрасль исторически циклична: за взлётами следуют падения. Крупные компании раздули штаты в период экономического подъёма, а теперь, в условиях высоких ставок и новых пошлин, руководители предпочитают не рисковать и заморозить расширение. К тому же сами работники, опасаясь нестабильности, стали менее склонны к добровольным увольнениям, что снижает текучесть кадров. Некоторые исследователи полагают, что у компаний есть и свой резон списывать сокращения на ИИ, маскируя собственные управленческие просчёты. Я встречала мнение, что до того, как мы увидим по-настоящему масштабные изменения от ИИ, бизнесу ещё предстоит долгий путь адаптации, и пока мало кто может похвастаться успехом на этом поприще. Возможно, ИИ — это лишь часть уравнения, и мы просто не знаем всей правды.
Исторические параллели тоже дают пищу для размышлений. Набор на компьютерные науки всегда колебался в такт рынку труда. Когда вакансий становилось меньше, люди переключались на другие дисциплины, но каждый последующий спад сменялся новым, ещё более высоким пиком интереса. Некоторые университеты до сих пор не фиксируют снижения числа абитуриентов. Есть и оптимисты, которые верят, что генеративный ИИ, даже если компании активно его используют, в конечном счёте лишь увеличит спрос на инженеров-программистов, а не уменьшит его.
Но что же делать молодым людям, которые стоят на пороге выбора и не хотят ошибиться? Экономисты дают совет, который может показаться неожиданным: они предлагают специализироваться на предметах, формирующих устойчивые и гибкие навыки. И, как ни странно, это могут быть гуманитарные науки. Исследования показывают, что выпускники исторических и социальных факультетов в долгосрочной перспективе способны зарабатывать больше инженеров, поскольку развивают критическое мышление и адаптивность — именно то, что ищут работодатели в эпоху перемен. Я всё больше склоняюсь к мысли, что делать ставку на один узкий навык сегодня действительно рискованно, ведь никто не знает, какие сюрпризы преподнесёт будущее. Гораздо разумнее формировать набор компетенций, который будет востребован на протяжении всей трудовой жизни. Впрочем, я вижу и другую крайность: столкнувшись с неопределённостью, многие молодые люди, напротив, ищут максимально прямой и гарантированный путь к трудоустройству. Но главный вопрос, который сейчас висит в воздухе, — сколько из этих путей в ближайшее время перекроет стремительное развитие технологий. И ответа на него пока нет ни у кого.